— Юля, а существует ли рынок белорусской рекламы?

— Зачем же так грустно? Конечно, он существует. Но все взаимосвязано: есть взаимосвязь между развитием экономики, возможностями реализовать себя и тем, что происходит. Я не могу сказать, что у нас самая худшая в мире реклама. Но у нас нет школы рекламы. Просто потому, что те рекламисты, которые уже сейчас могут чему-то учить, ничему не учат — они сами работают. А одно это уже немаловажно для развития рекламы.

— А может, ответ кроется в финансах, которые готовы вкладывать в рекламу потенциальные белорусские рекламодатели?

— Не всегда. Финансы, конечно, в определенной степени важны. Когда мы говорим о финансах, мы говорим о размахе рекламы, но в мире существует множество товаров, у которых нет больших бюджетов, а есть хорошая реклама. Я много думала о том, когда же получается нормальная реклама. Есть некое взаимодействие и содружество между людьми, которые рекламу просят сделать, и людьми, которые эту рекламу делают. Перед кризисом часто случались ситуации, когда у нас были крупные холдинги, большие предприятия, которые могли вкладывать деньги и делать хорошую рекламу. Но было такое большое количество «прокладок» — людей, которые боялись принимать решения или недостаточно знали об этом бизнесе, но работали на должностях маркетологов и отвечали за то, в чем мало разбирались. И рекламу они делали либо для «отмазки», либо ориентируясь на одобрение друзей. И «работает» эта реклама или нет, было неважно. Так что проблема больше не в деньгах. А, во-первых, в недостатке школы и, во-вторых, в грамотном понимании того, что мы хотим сделать. Когда рекламодатели вводят сильные ограничения для рекламистов, ставят для их креатива рамки в виде, например, придуманных ими самими понятий целевой аудитории и так далее, работать тяжело.

— А они существуют, эти креативние рекламисты, которые могли бы при стечении благоприятных обстоятельств совершить прорыв в нашем рекламном бизнесе?

— Конечно! Например, я — этот человек. И неоднократно сталкивалась с тем, что если кто-то действительно хочет сделать что-то стоящее — он это сделает. Никогда не было так, чтобы проект, который делают с большой любовью, не удался. А когда заказчик считает, что рекламное агентство — это некий обслуживающий персонал, к которому они пришли и который должен перед заказчиком плясать, хорошей рекламы не получится. Все должно строиться на взаимоуважении и даже восхищении. А так… Креативные люди, конечно, есть. Те, которые делают, кладут силы, пробивают заказчиков… И выходит хорошая реклама. Можно приводить примеры даже из последних увиденных мною рекламных роликов, где чувствуется драйв. И вообще, у вас что, есть подозрение, что наша земля оскудела на умных людей? Хороших мозгов хватает.

— Во всем мире хватает социальной рекламы. Но, например, наша реклама «Мы — беларусы!» вызывает у многих недоумение. Это мы чего-то не понимаем или рекламисты выбрали не совсем правильный ход?

— Сам по себе подход нормальный и очень хороший. Вопрос в том, как это сделано. Посмотрите любой американский фильм, тот же «День независимости». Это один большой лозунг «Мы — американцы!» с огромным восклицательным знаком. Но сделано это качественно и красиво. Да и все эти «Крепкие орешки», после просмотра которых от американского флага и пафоса слезы умиления пробиваются. Очень сильно это проявлялось в Британской империи. Я уже не говорю про идеологию фашизма, которая была построена на том, что «Мы — немцы!». И это проявляется у многих наций. Это нормально. Но когда мы видим некачественный снимок на билборде с неестественными девушками в вышиванках, сделанных на потоке, естественно, это никому не нравится. Никому не нравится фальшь. Или сравните: «Купляйце беларускае!» и «Добрае, бо польскае!». Разницу чувствуете? Хороший момент — воспитание нации. Но у нас все усложняется тем, что у нас две нации, живущие автономно. Некая странная такая субстанция, которая постоянно хочет дружить с русскими и непонятно на каком языке говорит, и не знает, что ей нужно. И нация, которая старается не забыть, что у нас была славная история, интересная жизнь, один из первых грамотных Статутов в мире и масса всего другого. И мне странно, что это, этот огромный пласт культуры у нас в рекламе не используется. Если человек прижимает руку к сердцу и гордо говорит: «Я — беларус!», в этом нет ничего плохого.

— Как кризис сказался на рекламном рынке Беларуси?

— Естественно, сказался. Меньше стали бюджеты, размещения, люди стали осторожнее. Но этот рынок у нас не был таким огромным, чтобы это сказалось на нем так уж катастрофически. У нас не будет диких увольнений потому, что у нас столько людей не работало в этом бизнесе. У нас не будет сильного падения оборотов. Товары все равно выпускают, и их нужно продавать.

— Насколько трудно работать в белорусском рекламном бизнесе?

— В рекламном бизнесе вообще тяжело работать. Хотя бы потому, что это очень странный бизнес, в котором люди боятся рисковать, но в то же время понимают, что нужно рисковать для того, чтобы выигрывать. Люди не всегда готовы к каким-то новшествам, не готовы идти вперед. Но, с другой стороны, они видят, что иногда такие вещи срабатывают. Проблема нашего рынка в огромном недоверии заказчиков к агентству. У меня были клиенты, которые понимали, что они приходят к нам для того, чтобы использовать наши мозги. Но огромное количество клиентов этого не понимают. Такие кошмарные вещи, когда клиент тупо говорит: «Я так сказал, так и будет!», меня, например, просто убивают. Мне легче, я работаю как фрилансер и могу просто хлопнуть дверью в ответ и уйти. А агентство, где работает штат, себе такого позволить не может, там понимают, что этим сделают хуже себе, сотрудникам, проекту. Продвинуть какие-то новые технологии бывает достаточно тяжело. Например, я делала рекламу пиву «Бобров» и после приходило огромное количество клиентов, которые говорили: «Сделайте нам так, как «Бобров». Но в то же время я понимаю, что если бы до появления этой рекламы я эту идею предложила этим, пришедшим позднее рекламодателям, они бы от моего предложения отказались. Нашим рекламодателям нужно понять, что люди ждут чего-то нового. У людей достаточно тяжелая жизнь, и они хотят, чтобы их развлекали. Но развлекать — это не значит смешить. Это — рассказывать что-то новое и интересное. Многие социологические опросы проводятся для того, чтобы понять, что людям надо. Но хитрая вещь — люди не знают, что им надо. Они не знают, что их может заинтересовать. Человек, который никогда не видел какую-то штуку, не прыгал с моста на веревке, не может знать о том, что ему это надо, пока ему об этом не расскажут. Иногда нужно просто полагаться на интуицию и понимать, что нужно двигаться вперед, а не руководствоваться какими-то шаблонами. Огромное количество рекламы базируется на том, что никто не хочет рисковать. Получается средний вариант. А потом удивляются: почему кто-то рискует и у них это срабатывает и привлекает всеобщее внимание?! Просто нужно помнить, что люди, которым вы продаете свой товар, — не идиоты. Нельзя думать, что если человек работает, например, на заводе холодильников, то его мировосприятие ограничивается понятиями «пришел, пожрал, выпил пива». Это не так. Все люди думают о глобальных вещах. И почему выбрали Обаму, а не Буша, и пригласят ли президента в Прагу, и о глобальном потеплении, и о том, что нас ждет после смерти. Не нужно об этом забывать, и все станет гораздо лучше. И все нужно делать профессионально.

 

По материалам www.ej.by